Календарь эколога
Главная > Публикации > Возмещение вреда водным объектам

Возмещение вреда водным объектам: теория и практика

Одним из самых злободневных остается вопрос возмещения вреда водным объектам ввиду противоречивости норм природоохранного законодательства, не позволяющих сделать вывод о том, что следует считать вредом и каковы критерии его идентификации.

 

Применение Методики, утвержденной приказом Минприроды России от 13.04.2009 № 87 (далее – Методика 2009 г.) [1], как и действовавшей ранее Методики, утвержденной приказом МПР России от 30.03.2007 № 71 (далее – Методика 2007 г.) [2] вызывает массу нареканий со стороны предприятий, зачастую полагающих, что основания для их применения отсутствуют в связи с недоказанностью факта причинения вреда водным объектам.

Попробуем разобраться в причинах сложившейся ситуации и оценить последние тенденции, возникающие в судебной практике по вопросам возмещения вреда водным объектам.

В настоящее время основаниями для предъявления требования о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, является установление:

– противоправного деяния лица;

– факта причинения вреда;

– причинно-следственной связи между противоправным деянием и фактом причинения вреда;

– вины причинителя вреда, если вред не причинен предприятием, деятельность которого связана с повышенной опасностью для окружающей среды, что следует из ст.77 Федерального закона «Об охране окружающей среды» [3], ст.ст.1064, 1079 Гражданского кодекса РФ [4], постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05 ноября 1998 г. № 14 [5].

Однако в настоящее время законодательство не позволяет однозначно ответить на вопрос, что следует понимать под вредом, причиненным окружающей среде, в частности, водным объектам.

Так, содержащееся в ст.1 Федерального закона «Об охране окружающей среды» определение указывает на то, что вред окружающей среде – это негативное изменение окружающей среды в результате ее загрязнения, повлекшее за собой деградацию естественных экологических систем и истощение природных ресурсов.

Однако в п.1 ст.4 Федерального закона «Об охране окружающей среды» загрязнение, истощение, деградация, порча, уничтожение приравнены к негативному воздействию на окружающую среду.

Следовательно, если толковать данные нормы во взаимосвязи, получается, что вред окружающей среде – это негативное изменение окружающей среды в результате ее загрязнения (или в результате негативного воздействия), повлекшее за собой деградацию естественных экологических систем и истощение природных ресурсов (или повлекшее за собой негативное воздействие).

   При этом критериев определения наличия деградации естественных экологических систем в Федеральном законе «Об охране окружающей среды» не содержится.

Кроме того, из определения вреда окружающей среды следует, что он может быть причинен исключительно в результате загрязнения окружающей среды.

При этом согласно п.1 ст.77 Федерального закона «Об охране окружающей среды» юридические лица, причинившие вред окружающей среде в результате ее загрязнения, истощения, порчи, уничтожения, нерационального использования природных ресурсов, деградации и разрушения естественных экологических систем, природных комплексов и природных ландшафтов и иного нарушения законодательства в области охраны окружающей среды, обязаны возместить его в полном объеме в соответствии с законодательством.

Из данной нормы прямо следует, что деградация экологических систем, истощение природных ресурсов являются не обязательными признаками наличия вреда, а факторами, вызвавшими причинение вреда окружающей среде, что не соответствует определению вреда, установленному в ст.1 Федерального закона «Об охране окружающей среды».

Следовательно, единообразное толкования определения вреда окружающей среде на основании положений Федерального закона «Об охране окружающей среды» невозможно, что не позволяет сделать однозначный вывод о том, какие конкретно факторы свидетельствуют о причинении вреда окружающей среде.

Водный кодекс РФ [6] также не содержит каких-либо положений, касающихся определения понятия и характера вреда, причиненного водным объектам, критериев его определения.

Единственные положения Водного кодекса РФ  о причинении вреда водным объектам (п.24 ст.12, ч.2 ст.69) предусматривают исключительно необходимость и порядок утверждения методики исчисления размера вреда, причиненного водным объектам вследствие нарушения требований водного законодательства.

Во исполнение данных норм утверждена Методика 2009 г.

Согласно п.2 Методики № 87 последняя применяется для исчисления размера вреда, причиненного водным объектам вследствие нарушения водного законодательства в результате которого произошло загрязнение, засорение и (или) истощение водных объектов. Исчисление размера вреда, причиненного водным объектам, осуществляется при выявлении фактов нарушения водного законодательства, наступление которых устанавливается по результатам государственного контроля и надзора в области использования и охраны водных объектов на основании натурных обследований, инструментальных определений, измерений и лабораторных анализов (п.5).

Из этих норм следует, что применение Методики 2009 г. осуществляется уже после того, как факт причинения вреда водному объекту, нарушение водного законодательства и причинно-следственная связь между ними установлены.

Таким образом, Методика № 87 не направлена на определение факта причинения вреда водному объекту, а предназначена для стоимостного исчисления вреда, причинение которого установлено ранее.

Подобное указание содержится и в решениях Верховного Суда РФ по делам, касающимся оспаривания отдельных положений Методики 2009 г. (а также действовавшей ранее Методики 2007 г., содержавшей аналогичные указанным в п.п.2, 5 Методики 2009 г. положения).

Так, по делу об оспаривании п.п.11, 11.2, 22, абз.абз.3, 5 пункта 22.2 Методики 2007 г., содержащих порядок расчета размера вреда, причиненного водным объектам вследствие сброса сточных вод как противоречащих нормам Гражданского кодекса РФ, Водного кодекса РФ, Федерального закона «Об охране окружающей среды», Верховным Судом РФ в решении от 3 декабря 2008 г. № ГКПИ08-1904 было указано, что Методика 2007 г. определяет порядок исчисления размера вреда, причиненного данным объектам, и не устанавливает основания ответственности за причинение вреда.

Решением Верховного Суда РФ от 28 ноября 2011 г. № ГКПИ11-1868 было отказано в признании недействующим п.21 Методики № 87, содержащего формулу исчисления размера вреда, причиненного водному объекту при его использовании для добычи полезных ископаемых (строительных материалов) с нарушением условий водопользования или без наличия документов, на основании которых возникает право пользования водными объектами. Заявитель указывал, что п.21 Методики № 87 противоречит Гражданскому кодексу РФ (ст.ст.15, 1064), Водному кодексу РФ (ст.ст.35, 69), Федеральному закону «Об охране окружающей среды» (ст.ст.1, 77, главе 5). При этом Верховный Суд РФ указал, что данная норма не регулирует вопросы, связанные с доказыванием факта причинения вреда и его объема, а предназначена для стоимостной оценки вреда, фактическое причинение которого уже подтверждено соответствующими актами, данными натурных обследований, измерений.

Поскольку анализ действующих нормативных правовых актов не позволяет сделать вывод о том, наступление каких событий свидетельствует о наличии факта причинения вреда водным объектам, следует обратиться к анализу сложившейся судебной практики по данному вопросу.

В отдельных случаях суды исходят из доказанности причинения вреда водному объекту, когда установлен как факт превышения НДС самим предприятием, так и превышение нормативов качества в самом водном объекте, причинно-следственная связь между ними. В случае отсутствия доказательств нарушения нормативов качества в самом водном объекте суды отказывают в удовлетворении требований о возмещении вреда. 

Так, согласно постановлению ФАС Дальневосточного округа от 02 ноября 2010 г. № Ф03-7633/2010 по делу № А24-3118/2009 установить степень воздействия на водный объект предприятия не представляется возможным, так как Управлением Росприроднадзора оценивалось содержание вредных веществ непосредственно в сточных водах, но не исследовалось изменение водного объекта в результате такого сброса. Факт превышения содержания вредных веществ в сточных водах относительно нормативов ПДК загрязняющих веществ, установленных для водоемов, а не для сточных вод, сам по себе не свидетельствует о причинении вреда водному объекту. Доказательств того, что такое превышение повлекло причинение вреда водному объекту, суду не представлено.

Согласно постановлению ФАС Уральского округа от 10 марта 2011 г. № Ф09-313/11-С2 по делу № А76-8558/2010-9-259 при проведении Управлением Росприроднадзора проверки качества воды в водных объектах на предмет ее соответствия требованиям ПДК вредных веществ не оценивалось, натурные обследования, инструментальные определения, измерения и лабораторные анализы не проводились, в акте проверки не зафиксированы изменения состояния водных объектов до и после осуществления ответчиком сброса сточных вод. Соответственно судом был сделан вывод о том, что превышение норматива сброса по отношению к выданным в разрешении условиям не является доказательством негативного воздействия на окружающую среду, при этом указанное не противоречит ч.6 ст.56 Водного кодекса РФ и ч.1 ст.22, ч.1 ст.77 Федерального закона «Об охране окружающей среды».

В постановлении ФАС Центрального округа от 02 августа 2011 г. по делу № А54-6872/2009 суд принял доводы эксперта о том, что применение Методики 2009 г. не имеет оснований ввиду недоказанности факта причинения вреда, вызванного сбросом сточных вод. При этом эксперт указал, что отсутствуют объективные данные о загрязнении водного объекта (прежде всего результаты анализов), полученные в процессе соответствующих мероприятий по проверке. Использование же только данных производственной лаборатории без каких-либо специальных или сравнительных исследований, направленных на выявление причинно-следственных связей и доказательств загрязнения, необоснованно.

Тем не менее, наиболее часто суды выносят решения, исходя из доказанности причинения вреда в случае, когда предприятие не соблюдает установленные НДС, что, по мнению судов, влечет несоблюдение нормативов качества самого водного объекта.

Действительно, как следует из ст.1 Федерального закона «Об охране окружающей среды» НДС – нормативы, которые установлены для предприятий в соответствии с показателями массы химических веществ, допустимых для поступления в окружающую среду от источников воздействия, и при соблюдении которых обеспечиваются нормативы качества окружающей среды. Тогда как нормативы качества  окружающей среды (к которым относятся и ПДК) – нормативы, которые установлены в соответствии с физическими, химическими, биологическими и иными показателями для оценки состояния окружающей среды и при соблюдении которых обеспечивается благоприятная окружающая среда. Таким образом, соблюдение НДС обеспечивает соблюдение нормативов качества окружающей среды (в т.ч. ПДК). Однако судами не учитывается, что из определения ПДК, приведенного в ст.1 Федерального закона «Об охране окружающей среды» следует, что их несоблюдение влечет не загрязнение окружающей среды, деградацию естественных экологических систем, а только возможность таких загрязнения и деградации.

В решении Арбитражного суда Удмуртской Республики от 12 сентября 2011 г. по делу № А71-3822/2011 суд указал, что превышение ПДК вредных веществ в сбросах сточных вод в случае, если данные концентрации превышают фоновую концентрацию этих веществ в водном объекте, само по себе свидетельствует об ухудшении экологической обстановки в водном объекте, а следовательно, и о причинении ущерба водному объекту. В данном случае наличие вреда презюмируется, если не доказано иное.

В соответствии с постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 16 сентября 2011 г. по делу № А74-741/2011 факт сброса сточных вод с превышением нормативов допустимого (предельно допустимого) сброса вредных (загрязняющих) веществ свидетельствует о причинении вреда водному объекту. В связи с этим суд сделал вывод о том, что факт причинения вреда водному объекту доказан, противоправность действий ответчика и его вина в причинении вреда установлены, наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими последствиями доказано. Расчет размера вреда в соответствии с Методикой 2009 г. был признан верным.

Кроме того, непосредственно Верховным Судом РФ в приведенном выше решении от 21 декабря 2011 г. № ГКПИ11-1934 было указано на то, что п.22 Методики 2009 г., содержащий формулу, определяющую массу сверхнормативного сброшенного загрязняющего вещества в объеме сброса сточных вод в целях последующего исчисления размера вреда, включающая разность между показателями средней фактической за период сброса концентрации вредного (загрязняющего) вещества в сточных водах и допустимой концентрации в пределах НДС не противоречит действующему законодательству, поскольку несоблюдение нормативов качества приводит к загрязнению водных объектов и причинению вреда.

   При этом существует и иная судебная практика, согласно которой суды указывают на необходимость доказывания именно деградации естественных экологических систем и истощения природных ресурсов.

            Согласно постановлению Десятого арбитражного апелляционного суда от 29 июля 2010 г. по делу № А41-27215/08 обязательным квалифицирующим признаком нанесения вреда окружающей среде является наличие последствий в виде деградации естественных экологических систем и истощения природных ресурсов. Суд сделал вывод, что из представленных истцом документов и материалов не следует, что в отношении водного объекта установлены факты деградации естественных экологических систем и истощения природных ресурсов, в связи с чем не подтверждается факт причинения вреда указанному водному объекту по смыслу ст.1 Федерального закона «Об охране окружающей среды».

            На основании вышеизложенного можно сделать вывод о том, что приоритетной задачей совершенствования природоохранного законодательства, в части положений о возмещении вреда окружающей среде и, соответственно, водным объектам, представляется не изменение Методики 2009 г. или разработка новой, а устранение противоречивых норм, не позволяющих сделать вывод о том, что следует считать вредом, каковы критерии его идентификации. В противном случае остаётся ориентироваться исключительно на судебную практику, которая на сегодняшний день не отличается единообразием подходов к вопросу установления факта причинения вреда окружающей среде.

 

ДОКУМЕНТЫ

 

1. Методика исчисления размера вреда, причинённого водным объектам вследствие нарушения водного законодательства, утверждённая приказом Минприроды России от 13.04.2009 № 87.

2. Методика исчисления размера вреда, причинённого водным объектам вследствие нарушения водного законодательства, утверждённая приказом МПР России от 30.03.2007 № 71 (утратила силу).

3. Федеральный закон от 10 января 2002 г. № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды».

4. Гражданский кодекс РФ (часть вторая) от 26.01.1996 № 14-ФЗ.

5. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 05.11.1998 № 14 «О практике применения

судами законодательства об ответственности за экологические правонарушения».

6. Водный кодекс РФ от 03.06.2006 № 74-ФЗ.

 
Юридический центр промышленной экологии
14.06.2011